Доктор Живаго

Он любил Тоню до обожания. Мир ее души, ее спокойствие были ему дороже всего на свете...

Средняя: 2 (1 голос)

Он любил Тоню до обожания. Мир ее души, ее спокойствие были ему дороже всего на свете. Он стоял горой за ее честь, больше чем ее родной отец и чем она сама. В защиту ее уязвленной гордости он своими руками растерзал бы обидчика. И вот этим обидчиком был он сам.

– Понимаешь, мы в разном положении. Окрыленность дана тебе...

Средняя: 5 (1 голос)

– Понимаешь, мы в разном положении. Окрыленность дана тебе, чтобы на крыльях улетать за облака, а мне, женщине, чтобы прижиматься к земле и крыльями прикрывать птенца от опасности.

Так дальше не может продолжаться, – думал он. – Но ведь все это можно было предвидеть раньше, он поздно хватился...

Голосов пока нет

Так дальше не может продолжаться, – думал он. – Но ведь все это можно было предвидеть раньше, он поздно хватился. Зачем позволяла она ему ребенком так заглядываться на себя и делала из него, что хотела? Отчего не нашлось у него ума вовремя отказаться от нее, когда она сама на этом настаивала зимою перед их свадьбой?

С женой у него были хорошие, но слишком непростые отношения...

Средняя: 1 (1 голос)

С женой у него были хорошие, но слишком непростые отношения. Она подавляла его своей добротой и заботами, а он не позволял себе критиковать ее. Он остерегался, как бы в невиннейшем его замечании не послышался ей какой-нибудь мнимо затаенный упрек, в том, например, что она белой, а он – черной кости, или в том, что до него она принадлежала другому.

За эту ночь, продолжительную как вечность, недавний студент Антипов...

Голосов пока нет

За эту ночь, продолжительную как вечность, недавний студент Антипов, "Степанида" и "Красная Девица", как звали его товарищи, побывал на верху блаженства и на дне отчаяния. Его подозрительные догадки чередовались с Лариными признаниями. Он спрашивал, и за каждым Лариным ответом у него падало сердце, словно он летел в пропасть. Его израненное воображение не поспевало за новыми открытиями.

Чтобы избавить Пашу от пятнающей привязанности, вырвать ее с корнем и положить конец мучениям...

Голосов пока нет

Чтобы избавить Пашу от пятнающей привязанности, вырвать ее с корнем и положить конец мучениям, Лара объявила Паше, что наотрез отказывается от него, потому что не любит его, но так рыдала, произнося это отречение, что ей нельзя было поверить.

Тоня, этот старинный товарищ, эта понятная, не требующая объяснений очевидность...

Голосов пока нет

Тоня, этот старинный товарищ, эта понятная, не требующая объяснений очевидность, оказалась самым недосягаемым и сложным из всего, что мог себе представить Юра, оказалась женщиной. При некотором усилии фантазии Юра мог вообразить себя взошедшим на Арарат героем, пророком, победителем, всем чем угодно, но только не женщиной.